Стихи о жизни со смыслом до слез


Сына мать качала… баюшки — баю,
Вырастешь сыночек — помни мать свою.
Ночь уже проходит и встает заря.
Мать качала сына, думала — не зря.
Все плохие мысли от себя гнала,
И с какою гордостью в первый класс вела.
Годы пролетели — вниз с горы, рекой,
В жизни у мальчишки — первый выпускной.
Далее учеба в городе большом,
А потом сыночек в армию ушел.
Мать переживала, ночи не спала,
Каждую копейку сыну берегла.
***
Бросивший однажды — будет брошен,
Пусть не сразу, пусть гораздо позже,
Но поступок будет возвращен.
Не простивший, будет не прощен,
Обманувший, будет сам обманут,
Никуда деяния не канут.
Сотворивший низкий уговор,
Сам получит тот-же приговор.
Зло питавший, им же наградится.
Из добра лишь доброе родится.
Бумерангом будущее бьет,
Все твое тебе же отдает.
***
Улыбайся!!!
Улыбайся, даже если слёзы капают,
Улыбайся, даже если трудно жить,
Если кажется, что силы на исходе
И не можешь больше продолжать свой путь.
Говори себе, что мир прекрасен,
Есть горбушка хлеба на столе.
Посмотри в окошко, солнце светит,
Словно улыбается тебе.
Не беда, что мучают болезни,
Не беда, что милый разлюбил…
Всё со временем проходит,
Всё проходит, словно белый дым.
Улыбайся, улыбайся всем прохожим,
Подари улыбку каждому из них,
Пусть на миг улыбка всех согреет
И сойдёт с лица их хмурый вид.
Улыбайся!.. Знаю очень трудно.
Мало улыбаемся теперь,
В суматохе наших буднях
Растеряли радость почти все.
Улыбайтесь! Улыбайтесь люди!
Хватит ссор, ненужных горьких слов.
Улыбайтесь лучше Вы друг другу,
Пусть улыбка Ваша, светом озарит!

Слезы в углу!
Горюшко в углу ревет,
почему, он не поймет,
ни за что, а просто так,
за какой-то там пустяк
мама злая наказала,
строго в угол указала…
ну подумаешь, что он
в унитаз спустил айфон,
штучка клевой оказалась,
долго-долго не спускалась!
папа на диване спал,
сын фломастер сам достал….
папу рисовать решил,
сильно очень он спешил,
то-то папа удивится,
то-то сыном загордится!
только глупенький не знал,
что на плазме рисовал…
места оказалось мало,
перешел сынок к дивану,
на диване светло-синем
сын нарисовал машину!
то-то мама удивится,
то-то сыном загордится!
тихо стало вдруг в углу…
почему? я посмотрю…
труженик наш крепко спит,
тихо носиком сопит.
крепко сжаты в кулачках
от обоев два клочка…
***
В подвале среди барахла и картонок,
У серенькой кошки родился котёнок.
Беспомощно тычась в пушистую шкурку,
Беспечно сосал он счастливую Мурку,
И кошка, к сыночку прижавшись бочком,
Ласкала шершавым своим языком.
Негромкую песню ему напевала
И всё целовала его, целовала …
А где-то смеялись и плакали люди,
А где-то из страшных палили орудий,
Политики земли делили на части,
И кто-то мечтал о богатстве и власти.
И только в подвале, под старой доской
Царили гармония и покой.

Не жалейте время на детей,
Разглядите взрослых в них людей,
Перестаньте ссориться и злиться,
Попытайтесь с ними подружиться.
Постарайтесь их не упрекать,
Вовремя послушать и понять,
Обогрейте их своим теплом,
Крепостью для них пусть станет дом.
Вместе с ними пробуйте, ищите,
Обо всем на свете говорите,
И всегда незримо направляйте.
И во всех делах им помогайте.
Научитесь детям доверять —

Каждый шаг не нужно проверять,
Мненье и совет их уважайте,
Дети – мудрецы, не забывайте
И всегда надейтесь на детей,
И любите их душою всей
Так, как невозможно описать.
Вам тогда детей не потерять.
***
Я такая, как есть, я не буду другой.
Я такая, как есть, я останусь такой.
Я наивна бываю, бываю – вредна.
Но, такая, как есть, я на свете одна!
Я такая как есть, я умею любить.
Кто увидит меня, тот не сможет забыть.
Я умею ласкать, но умею и бить.
Я умею спасать и умею губить.
Я такая, как есть, я похожа на страсть.
Строя жизнь, я себя успеваю ломать.
Я не много грущу, и немного смеюсь
Я бесстрашна бываю, но я и боюсь.
Я такая, как есть, я люблю помогать.
Но бывает, что я не могу не кричать.
Я бываю вольна, я бываю одна.
Пылкой быть я могу, а потом-холодна.
Я такая, как есть, я не стану иной.
Я немного поплачу у Вас за спиной,
Вытру слёзы и мило в ответ улыбнусь.
И такой, как я есть, к вам опять повернусь…

Слёзы…
Адвокат сказал: «Всё нужно вспомнить»,
Чтобы дело выиграть твоё
Важно знать мне каждую подробность,
Вот тогда и вспомнила я всё.
Закружила память, завертела
С высоты прожитых мною лет,
Рухнула на дно воспоминаний
Там пытаясь отыскать ответ.
Лучше бы я трижды проиграла,
Потому что вспомнив всё тогда,
Приговор жестокий подписала
Я себе без всякого суда.
Кто же знал, что память так жестока,
Что без срока давности хранит
Она боль, что прячем мы глубоко,
Не сумев однажды пережить.
Первая слеза упала ночью
Ей значенья я не придала:
«Ну подумаешь, чуть-чуть взгрустнулось,
Вспомнилось, как раньше я жила.»
Только больше уж не забывалось,
Потому что прошлое моё
Настоящим будто стать пыталось
Заставляя вновь прожить его.
Словно кадры старой киноплёнки,
Замелькали у меня в уме,
Вот мой муж, среди посуды битой
И бутылка с уксусом в руке.
Этого он вряд ли замечает
Слишком пьяный в тот момент он был,
Лишь мой крик пробив его сознание,
Взмах его руки остановил.
Кадр другой, я дома, поздний вечер
Я мечусь по комнатам в слезах.
Муж опять увёл с собой ребёнка,
Как заложника, и где-то напился.
Я не знаю в ужасе, что делать
Обзвонила всех его друзей,
В полночь спящего приносят сына
И бросают мужа у дверей.
Господи, да всё ведь это было,
Вот я мчусь по лестнице с детьми,
Одевая на бегу одежду,
Прячемся на улице в кусты.
Помню страшно было не однажды,
Кадры вновь напоминают мне,
Вновь мой муж, его кулак огромный,
Нож, зажатый в этом кулаке.
И несусь я в страхе цепенея
Босиком на улицу, в мороз,
Как мне, бедной, было тогда плохо,
Сколько горьких пролила я слёз.
Почему ту слабую девчонку,
Так никто тогда не защитил,
Я одна на старой киноплёнке
И вокруг меня жестокий мир.
И теперь, уж будучи счастливой
Прошлое своё увидев враз,
Слёзы жалости, обиды слёзы
Вдруг потоком хлынули из глаз.
Что со мною, я понять не в силах,
Только плачу я день изо дня,
Облегчения слёзы не приносят
Душат лишь до хрипоты меня.
Да ещё с неведомою злостью
Вдруг рука сжимается в кулак,
И в бессилие наказать кого-то
Утирает слёзы на глазах.
Что ты делаешь со мною память,
Что ты сделал со мной бывший муж,
Сколько ещё слёзы будут ранить,
Пока от кошмара не очнусь.
Люди, я молю добрее будьте,

Замечайте брошенных в беду.
Слишком долго раны заживают,
Слишком больно слёзы щёки жгут.
***
Сердце — льдинка…
А я, на свет сегодня появлюсь,
Сегодня день для моего рожденья.
Немножечко волнуюсь и боюсь,
Впервые будет каждое мгновенье.
Впервые я заплачу и вздохну,
Впервые улыбнусь во сне кому то,
На свет в окне впервые посмотрю
И видеть мамочку мою впервые буду.
Она меня, наверное, возьмет,
Обнимет нежно, к сердцу прижимая.
И песенку тихонечко споет,
Давая грудь и, на руках качая.
А за окном будут кричать «Ура!»
Пускать шары, размахивать цветами.
И целый мир будет встречать меня
С распахнутыми настежь городами.
Пора! И я стараюсь со всех сил,
Чтобы скорей прервались мамы муки.
Но …кто железный тазик подложил?
И где врачей заботливые руки?
Как быть, я уже скоро упаду
Головку разобью о таз железный
Эй, кто-нибудь, ведь я же так умру
И будет плакать мама безутешно.
Я маме в сердце ножкой постучусь!
«Я, мама, падаю, мне подстели простынку!»
Как ножке холодно, от сердца я стужусь?
Но, почему у мамы сердце – льдинка…

Не имеешь прав…
Сопротивляйся, не молчи, не кланяйся судьбе напрасной.
Уж лучше криком закричи, разбей в сердцах сосуд прекрасный,
И пав, на груду черепков, как на осколки своей жизни
Сумей их все же склеить вновь, собрав, все силы в организме.
Ты можешь волю дать слезам, ты можешь психовать и злиться,
Но жизнь свою послать к чертям и в преисподню опуститься
Не можешь, не имеешь прав, раз у тебя дитя родилось,
То роскоши плевать на все с его рожденьем ты лишилась.
И как, в распутстве утонув, и захлебнувшись в алкоголе
В глаза ребенку заглянуть, сумеешь ты без всякой боли,
И если даже боль тупа, и сердце тупо от похмелья,
Нельзя испытывать, нельзя, на прочность детское терпенье.
Он выдержит конечно все, тебя любить не перестанет,
Не обвинит тебя ни в чем, лишь слишком рано взрослым станет.
И если это для тебя, не повод в жизни быть упорней.
С советом опоздала я, увы,уже ты в преисподней.
***
Хорошо быть девочкой в розовом пальто!
Можно и в зелененьком, но уже не то.
Хорошо быть девушкой в норковом манто!
Можно и не девушкой, но уже не то…
Хорошо французом быть! Жаком Ив Кусто.
Можно молдаванином, но уже не то!
Хорошо по городу мчаться на авто!
Можно на автобусе, но уже не то…
Славно выпить водочки, граммов, этак, сто!
Можно минералочки, но уже не то.
Славно выйти вечером — глянуть, где и что.
Можно и посуду мыть, но уже не то.
Хорошо омаров есть, запивать шато.
Можно пиво с воблою, но уже не то.
Стать бы знаменитою, как Бриджит Бардо.
Можно как Крачковская, но уже не то.
Хорошо жонглером быть в цирке шапито!
Можно и уборщицей, но уже не то…
***
Прости несказанность мотива,
Мою несдержанность в словах,
Прости восторженность порыва
И помутнение в мозгах.
Я солнце с небом обнимаю
И в жизнь с надеждою смотрю,
Когда тебя вновь обретаю,
Целуя в губы. Я люблю!
Люблю желанную погоду,
Что создаёшь в моей душе,
Люблю закаты и восходы,
Дожди, снега, росу в траве…
Люблю я душ прикосновение
И искры пламени в глазах,
Люблю я рук соединение
И шёпот страсти на губах!
Читаю чувства и желания,
Рисую ласку и экстаз
И ощущаю понимание
Без слов, ненужных нам сейчас.

Нам нужен только голос неба.
Свобода, ставшая судьбой,
Есть наша главная победа
Над сердцем, скованным зимой.
Прости восторженность порыва
И помутнение в мозгах.
Но так люблю я быть приливом,
Любовь несущим на губах!
***
У женщин – много больше силы,
Чем говорит её слеза.
И, верно – потому красивы
Её усталые глаза…
Они одобрят и осудят,
И вознесут, и – кинут вспять.
Не верьте тем нечестным людям,
Которым женщин не понять!
***
Заштопанное сердце
Не болит,
Скорее ноет, режет тонко душу.
А может, только сделав вид,
Пытается казаться равнодушным.
Моя душа стремилась к красоте,
К любви и нежности, но только без тревоги.
Но оказавшись почему-то в темноте,
Забыло напрочь к свету все дороги.
И неумело латочку на сердце наложив,
Оно хотело быть чуть-чуть счастливым …
Как будто за день, сотню лет прожив,
Сердечко словно стало сиротливым.
И непонятно как-то вздрогнув, сжалось вдруг.
От безразличных слов чужих и строгих,
Как будто молния сверкнувшая вокруг,
Его разбила, сделав одиноким …
Из ранки кровь сочится, словно капли слёз.
На снег всё падают и пятна оставляют.
Так плачут ветки раненых берёз,
А позже там уж листья вырастают.
Смирившись с жизнью и своей душой,
Сердечко ровно в ритм стучит устал
Как будто это было не со мной,
Как будто в чувства верить перестало …
***
Цените тех, кому вы так нужны,
Кто думает о вас, переживает
Кому без вас ночами не уснуть,
И в мыслях только о тебе мечтает
Цените кто вас любит просто так,
Без повода,упреков и тревоги
Не сможет никогда такой предать,
Он просто будет рядышком с тобою
Цените тех,кому вы так нужны,
Кто вас оберегает от ненастья
Цените кто вам даст надежный тыл,
Он станет вам защитой и опорой
Цените тех,кто вами просто дышет,
Кому вы так отчаянно нужны
Кому вы никогда не безразличны,
И кто-то вами просто дорожит…
***
Вдруг однажды понимаешь
Что напрасно гонишь время
Что чуть-чуть побольше знаешь
Что забот приятно бремя
Что успеть ты хочешь много
Что есть важно и неважно
Что уж выбрана дорога.
Что терять бывает страшно
Что богатство – это дети!
Что любовь — всего дороже!
Счастье, если солнце светит.
Дождик – это счастье тоже.
Что добро к тебе вернется
Если ты его подаришь.
Что удача отвернется,
Если ближнего ударишь.
Ценишь, вдруг, букет ромашек.
И листок осенний, красный.
Жалко всяческих букашек.
Любишь жизнь… Она – ПРЕКРАСНА!!!!!!

Если можно у Бога просить,
я прошу у него за тебя,
дать нам силы в нашем пути,
дать нам радости каждого дня.
Попрошу обходить стороной
все преграды,болезнь и тоску,
попрошу за тебя,мой родной,
не пускать на порог наш беду…
За себя же я промолчу…
Руки к небу подняв и глаза,
только тихо»спасибо»скажу,
за любовь,за семью,за тебя!
***
Когда-то я стану бабушкой,
Седой и корявой старушкой
В засаленном старом фартушке,
С привязанной к попе подушкой.
И, ползая неуверенно, cебе помогая клюшкой…
Нет, нет, я совсем не уверена,
Что буду такой старушкой.
С зажатой в зубах сигареткой,
С блестящей сережкой в ухе
Я буду старой кокеткой
На зависть другим старухам.
Я буду внучке подружкой,
А внуку — партнершей в танце.
Я буду смотреть порнушку
И сочинять романсы.
Я расскажу своим внукам,

Пока им еще не известно,
Что жизнь — занятная штука,
Что жить так интересно.
Я их научу смеяться
В голос, а не украдкой,
Я их научу держаться
За жизнь эту мертвой хваткой.
И как-то снежной зимою,
Свой коньячок попивая,
Устало глаза прикрою,
Скажу: «Неплохо жила я».
И сложатся в холмик камушки,
Травой зарастет пригорок…
Когда-то я стану бабушкой,
Но, думаю, очень нескоро.

Душевные стихи о детях

О грезах юности томим воспоминаньем,
С отрадой тайною и тайным содроганьем,
Прекрасное дитя, я на тебя смотрю…
О, если б знало ты, как я тебя люблю!
Как милы мне твои улыбки молодые,
И быстрые глаза, и кудри золотые,
И звонкий голосок!— Не правда ль, говорят,
Ты на нее похож?— Увы! года летят;
Страдания ее до срока изменили,
Но верные мечты тот образ сохранили
В груди моей; тот взор, исполненный огня,
Всегда со мной. А ты, ты любишь ли меня?
Не скучны ли тебе непрошенные ласки?

***

Ребенка милого рожденье
Приветствует мой запоздалый стих.
Да будет с ним благословенье
Всех ангелов небесных и земных!
Да будет он отца достоин,
Как мать его, прекрасен и любим;
Да будет дух его спокоен
И в правде тверд, как божий херувим.
Пускай не знает он до срока
Ни мук любви, ни славы жадных дум;
Пускай глядит он без упрека
На ложный блеск и ложный мира шум;
Пускай не ищет он причины
Чужим страстям и радостям своим,
И выйдет он из светской тины
Душою бел и сердцем невредим!

Михаил Лермонтов

Есть тихие дети. Дремать на плече
У ласковой мамы им сладко и днем.
Их слабые ручки не рвутся к свече, —
Они не играют с огнем.

Есть дети — как искры: им пламя сродни.
Напрасно их учат: «Ведь жжется, не тронь!»
Они своенравны (ведь искры они!)
И смело хватают огонь.

Есть странные дети: в них дерзость и страх.
Крестом потихоньку себя осеня,
Подходят, не смеют, бледнеют в слезах
И плача бегут от огня.

***

Дети — это взгляды глазок боязливых,
Ножек шаловливых по паркету стук,
Дети — это солнце в пасмурных мотивах,
Целый мир гипотез радостных наук.

Вечный беспорядок в золоте колечек,
Ласковых словечек шепот в полусне,
Мирные картинки птичек и овечек,
Что в уютной детской дремлют на стене.

Дети — это вечер, вечер на диване,
Сквозь окно, в тумане, блестки фонарей,
Мерный голос сказки о царе Салтане,
О русалках-сестрах сказочных морей.

Марина Цветаева

Если был бы я девчонкой —
Я бы время не терял!
Я б на улице не прыгал,
Я б рубашки постирал,

Я бы вымыл в кухне пол,
Я бы в комнате подмёл,
Перемыл бы чашки, ложки,
Сам начистил бы картошки,

Все свои игрушки сам
Я б расставил по местам!
Отчего я не девчонка?
Я бы маме так помог!

Мама сразу бы сказала:
«Молодчина ты, сынок!»

Эдуард Успенский

Известные душевные стихи

В уютном уголке сидели мы вдвоем,
В открытое окно впивались наши очи,
И, напрягая слух, в безмолвии ночном
Чего-то ждали мы от этой тихой ночи.

Звон колокольчика нам чудился порой,
Пугал нас лай собак, тревожил листьев шорох…
О, сколько нежности и жалости немой,
Не тратя лишних слов, читали мы во взорах!

И сколько, сколько раз, сквозь сумрак новых лет,
Светиться будет мне тот уголок уютный,
И ночи тишина, и яркий лампы свет,
И сердца чуткого обман ежеминутный!

Алексей Апухтин

Что из того, что ты уже любила,
Кому-то, вспыхнув, отворяла дверь.
Все это до меня когда-то было,
Когда-то было в прошлом, не теперь.

Мы словно жизнью зажили второю,
Вторым дыханьем, песнею второй.
Ты счастлива, тебе светло со мною,
Как мне тепло и радостно с тобой.

Но почему же все-таки бывает,
Что незаметно, изредка, тайком
Вдруг словно тень на сердце набегает
И остро-остро колет холодком…

О нет, я превосходно понимаю,
Что ты со мною встретилась, любя.
И все-таки я где-то ощущаю,
Что, может быть, порою открываю
То, что уже открыто для тебя.

То вдруг умело галстук мне завяжешь,
Уверенной ли шуткой рассмешишь.
Намеком ли без слов о чем-то скажешь
Иль кулинарным чудом удивишь.

Да, это мне и дорого и мило,
И все-таки покажется порой,
Что все это уже, наверно, было,
Почти вот так же, только не со мной,

А как душа порой кричать готова,
Когда в минуту ласки, как во сне,
Ты вдруг шепнешь мне трепетное слово,
Которое лишь мне, быть может, ново,
Но прежде было сказано не мне.

Вот так же точно, может быть, порою
Нет-нет и твой вдруг потемнеет взгляд,
Хоть ясно, что и я перед тобою
Ни в чем былом отнюдь не виноват.

Когда любовь врывается вторая
В наш мир, горя, кружа и торопя,
Мы в ней не только радость открываем,
Мы все-таки в ней что-то повторяем,
Порой скрывая это от себя.

И даже говорим себе нередко,
Что первая была не так сильна,
И зелена, как тоненькая ветка,
И чуть наивна, и чуть-чуть смешна.

И целый век себе не признаемся,
Что, повстречавшись с новою, другой,
Какой-то частью все же остаемся
С ней, самой первой, чистой и смешной!

Двух равных песен в мире не бывает,
И сколько б звезд ни поманило вновь,
Но лишь одна волшебством обладает.
И, как ни хороша порой вторая,
Все ж берегите первую любовь!

Эдуард Асадов

И дни и ночи до утра В степи бураны бушевали, И вошки снегом заметали, И заносили хутора. Они врывались в мертвый дом — И стекла в рамах дребезжали, И снег сухой в старинной зале Кружился в сумраке ночном. Но был огонь — не угасая, Светил в пристройке по ночам, И мать всю ночь ходила там, Глаз до рассвета не смыкая. Она мерцавшую свечу Старинной книгой заслонила И, положив дитя к плечу, Все напевала и ходила… И ночь тянулась без конца… Порой, дремотой обвевая, Шумела тише вьюга злая, Шуршала снегом у крыльца. Когда ж буран в порыве диком Внезапным шквалом налетал, Казалось ей, что дом дрожал, Что кто-то слабым, дальним криком В степи на помощь призывал. И до утра не раз слезами Не усталый взор блестел, И мальчик вздрагивал, глядел Большими томными глазами…
Иван Бунин Сколько раз я мечтала
в долгой жизни своей
постоять, как бывало,
возле этих дверей.
В эти стены вглядеться,
в этот тополь сухой,
отыскать свое детство
за чердачной стрехой.
Но стою и не верю
многолетней мечте:
просто двери как двери.
Неужели же те?
Просто чье-то жилище,
старый розовый дом.
Больше, лучше и чище
то, что знаю о нем.
Вот ведь что оказалось:
на родной стороне
ничего не осталось, —
все со мной и во мне.
Зря стою я у окон
в тихой улочке той:
дом — покинутый кокон,
дом — навеки пустой. ***

Открываю томик одинокий —
томик в переплёте полинялом.
Человек писал вот эти строки.
Я не знаю, для кого писал он.

Пусть он думал и любил иначе
и в столетьях мы не повстречались…
Если я от этих строчек плачу,
значит, мне они предназначались.

Вероника Тушнова ***

Какая грусть! Конец аллеи
Опять с утра исчез в пыли,
Опять серебряные змеи
Через сугробы поползли.

На небе ни клочка лазури,
В степи все гладко, все бело,
Один лишь ворон против бури
Крылами машет тяжело.

И на душе не рассветает,
В ней тот же холод, что кругом,
Лениво дума засыпает
Над умирающим трудом.

А все надежда в сердце тлеет,
Что, может быть, хоть невзначай,
Опять душа помолодеет,
Опять родной увидит край,

Где бури пролетают мимо,
Где дума страстная чиста,-
И посвященным только зримо
Цветет весна и красота.

Афанасий Фет

Душевные стихи современных авторов

***

дед владимир
вынимается из заполярных льдов,
из-под вертолётных винтов

и встает у нашего дома, вся в инее голова
и не мнётся под ним трава.

дед николай
выбирается где-то возле реки москвы
из-под новодевичьей тишины и палой листвы

и встает у нашего дома, старик в свои сорок три
и прозрачный внутри.

и никто из нас не выходит им открывать,
но они обступают маленькую кровать

и фарфорового, стараясь дышать ровней,
дорогого младенца в ней.

— да, твоя порода, володя, —
смеется дед николай. —
мы все были чернее воронова крыла.

дед владимир кивает из темноты:
— а курносый, как ты.

едет синяя на потолок от фар осторожная полоса.
мы спим рядом и слышим тихие голоса.

— ямки веркины при улыбке, едва видны.
— или гали, твоей жены.

и стоят, и не отнимают от изголовья тяжелых рук.
— представляешь, володя? внук.

мальчик всхлипывает, я его укладываю опять,
и никто из нас не выходит их провожать.

дед владимир, дед николай обнимаются и расходятся у ворот.
— никаких безотцовщин на этот раз.
— никаких сирот.

***

а мы жили тогда легко: серебро и мёд
летнего заката не гасли ночь напролёт
и река стояла до крестовины окон
мы спускались, где звёзды, и ступни купали в них
и под нами берег как будто ткался из шерстяных
и льняных волокон

это был городок без века, с простым лицом,
и приезжие в чай с душицей и чабрецом
добавляли варенья яркого, занедужив;
покупали посуду в лавках, тесьму и бязь
а машины и лодки гнили, на швы дробясь
острых ржавых кружев

вы любили глядеть на баржи из-под руки,
раздавали соседским мальчикам пятаки:
и они обнимали вас, жившие небогато.
и вы были другой, немыслимо молодой,
и глаза у вас были — сумерки над водой,
синего агата.

это был июнь, земляника, копчёный лещ,
вы носили, словно царевич, любую вещь
и три дома лишили воли, едва приехав
— тоня говорит, вы женаты? — страшная клевета!
а кругом лежал очарованный левитан,
бесконечный чехов

лестницы, полы в моей комнате, сени, крыльцо, причал —
всюду шаг ваш так весело и хорошо звучал,
словно мы не расцепим пальцев, не сгинем в дыме,
словно я вам еще читаю про древний рим
словно мы еще где-то снова поговорим,
не умрем молодыми

кажется, мы и теперь глядим, как студеной мглы
набирают тропинки, впадины и углы,
тень пропитывает леса и дома, как влага.
черные на фоне воды, мы сидим вдвоём
а над нами мёд, серебро и жемчуг на окоем,
жатая бумага.

уезжайте в августе, свет мой, новый учебный год
дайте произойти всему, что произойдет, —
а не уцелеет ни платья, ни утвари, ни комода,
наша набережная кончится и гора, —
вы пребудете воплощением серебра,
серебра и мёда.

Вера Полозкова

***

Дедушка!
Ты гдедушка?
Потерялся, что ли, ты?!
Я ищу тебя,
Грущу!
Вижу — грядки
Политы.

Куча мяты на столе,
Куры просят
Хлебушка.
Как-то скучно на Земле
Без тебя,
Нигдедушка!

Вдруг
меня
со всех сторон
Обнимают, грустную!
Это дед!
Вручает он
Мне малину вкусную.

Нас опять на свете двое!
Я домой его тащу:
Больше деда одного я
Никуда
Не отпущу.

***

Луговые травы!
Травы,
Вы не правы.
Зачем вы увядаете
И землю
Покидаете?
Вообще-то,
Этот луг
Был мой
Самый
Лучший друг:
Он звенел,
Он вздыхал,
Он цветами полыхал.
Я любил лежать
В траве
С облаками в голове,
Я любил бежать навстречу
Самолетной синеве.
А сегодня выпал снег
Там,
Где звонко
Пел кузнечик.
Я печальный человечек,
Я печальный человек.

Мария Рупасова

***

Я стою — заброшенная, зяблая
средь пустых домов как средь могил
у калитки распустилась яблоня
дед ее когда-то посадил

ржавчина легла на крышу пятнами
двадцать лет никто не красил тут
деда, знай — посаженные яблони
все равно однажды расцветут

даже если дачу твою продали
даже если сам уже в земле
над погостами и огородами
встанут яблони как памятник тебе

я бы объяснила и понятнее
если б ты меня услышать мог
…у калитки выросшая яблоня
плачет: «дедушка» и дергает замок

Дана Курская